Священник Олег Стеняев: «Национальное возрождение возможно только в Православии»

Дата публикации:25.04.2011

В Архангельской епархии в конце февраля побывал известный миссионер Русской Православный Церкви, руководитель Центра реабилитации жертв нетрадиционных религий им. А.C.Хомякова протоиерей Олег Стеняев. Это его второй приезд в Архангельск. За два дня он прочитал шесть духовно-просветительских лекций в Архангельске и Северодвинске. Встречи прошли при переполненных залах и вызвали очень большой резонанс. В завершение визита отец Олег дал небольшое интервью корреспонденту «Архангельского епархиального вестника»

- Отец Олег, прошло 5 лет с тех пор, как вы в последний раз были в Архангельской епархии. Что изменилось за это время?

- Храмов и верующих стало значительно больше. Об этом могу судить по количеству людей на встречах и степени осмысленности вопросов. Видно, что люди воцерковляются, читают религиозную литературу. Т.е. процесс идет, и это очень важно. Я думаю, что с назначением нового архиерея ваша епархия получит хороший импульс, потому что дальневосточные епархии - это епархии миссионерские, там всегда были активные миссионерские программы, и до революции, и сейчас. Вероятно, владыка Даниил сможет этот дух миссионерской деятельности привнести на вашу гостеприимную землю. С Сахалинской епархией мы очень тесно сотрудничали, я думаю, что и в Архангельск будут приезжать различные миссионеры, проповедники, публицисты, что, в свою очередь, будет стимулировать активность духовенства, молодежи, способствовать увеличению численности верующих.

- В Северодвинске вы читали лекцию в военной части, и несколько офицеров с неоязыческими взглядами вступили с вами диспут…

- Диспута не было, к сожалению. Они внимательно выслушали лекцию о Крещении Руси, о его значимости; я сознательно ничего не скрывал, говоря о всех сложностях процесса Крещения. Когда речь идет о церковной истории, наша задача - называть вещи своими именами, работать в каком-то смысле на опережение, заранее обнаруживая все подводные камни. Я не могу сказать, что офицеры вели себя агрессивно, они держались уважительно и по-военному выдержанно. И я по мере сил отвечал на их вопросы.

Никаких серьезных упреков не прозвучало. Они говорили, что славян лишили исторической идентичности, навязав княжеское управление от варягов, а веру от евреев. Но давайте спросим, а как возникли славяне? Они возникли из смещения трех этнических групп: сарматов, скифов и германских вендалов. Из этого сложного этнического бульона, как говорил Лев Николаевич Гумилев, и возник наш славянский этнос. В свою очередь, скифы возникли из других сложных сочетаний-«бульонов». Так не бывает, чтобы нации падали с неба, и сразу с развитыми традициями, с богатой духовной культурой. Всегда существует взаимное влияние разных этносов и традиций. Достаточно проследить, сколько слов в древнеславянском языке санскритского, греческого, тюркского происхождения. Это всегда было и будет, это жизнь. А язычество – это нелепость. Не может быть много богов. Если бы было два Бога, то один бы из них был бы не Бог, потому что Бог – это Тот, Кто управляет всем, а если их два, то между ними уже возникает противостояние. Не может быть двух вездесущих и всемогущих богов. Современные язычники просто незнакомы с философским определением многобожия и язычества. Для полемики с неоязычниками не обязательно читать современную литературу. Откройте Святых Отцов, и вы найдёте такие примеры, такие логические аргументы, на которые невозможно будет ничего возразить. Христианство возникало в полемике с иудеями и язычниками, и в святоотеческих трудах накоплен богатый апологетический материал.

- Неоязычники также утверждают, что Православие – чуждая славянскому этносу религия…

- Церковь наднациональна и никогда не была мононациональной. В Русской Церкви всегда были тюрские народы, народы Кавказа и разные славянские этнические группы. Церковь не знает межнациональных границ, она принимает в себя всех. Поэтому она и называется Вселенской. С другой стороны, наша Церковь является носительницей русской, славянской духовности, здесь есть свои особенности. Однако когда русские православные миссионеры осуществляли экспансию за Урал, проповедовали среди других народностей, они не пытались навязать им русскую культуру силой. Они привносили в их жизнь то новое, что помогало малым народам выходить из исторического безвременья. Миссионеры давали им азбуку, переводили Священные тексты на их родной язык, и всегда делали это очень гибко. Например, когда святитель Иннокентий переводил для якутов и алеутов молитву «Отче наш», то фразу «Хлеб наш насущный даждь нам днесь» он заменил словами «рыбу подавай нам на каждый день». Потому что эти народы не знали, что такое хлеб, а их насущной пищей была рыба. Такой гибкий подход показывает, что миссия всегда была наднациональна, потому что если миссия будет национально обусловлена, то она заведомо обречена на неудачу при встрече с другими этносами.

Ещё апостол Павел призывает говорить с людьми на их языке: «С иудеями как иудей, с эллинами как эллин». Поэтому миссия всегда несколько видоизменяется и приобретает местную окраску. Когда Святитель Николай Касаткин начал проповедь в Японии, он так погрузился в японский мир, что даже внешне начал выглядеть как японец, несмотря на свой огромный рост. Он настолько глубоко проник в японскую культуру, что его стихи и статьи по японской классической поэзии публиковали в японских литературных журналах. Когда он умер, и православные японцы хотели похоронить его в храме, то император Японии запретил это делать. Он сказал: нет, Святитель Николай дорог не только православным, но и всем японцам, поэтому он будет похоронен не в церкви, а на правительственном кладбище. Там, где покоятся великие японцы, носители духа и культуры этой нации: воины, писатели, поэты. Вот это пример национального миссионерского служения, когда человек для всех становится всем. Когда началась русско-японская война, все православные японцы собрались к Святителю Николаю и ждали его реакции на происходящее. И он сказал: я благословляю вас защищать с оружием в руках императора и Японию в войне с русскими. Но так как я сам русский, то на этот период я ухожу в молитвенный затвор и буду молиться, чтобы Господь дал мир между нашими народами. Когда император Японии узнал о такой принципиальной позиции, он приказал, чтобы каждый православный храм охраняла японская полиция, защищая от возможной агрессии радикально настроенных японцев.

Поэтому не надо считать, что Православие вторглось в чужеродный славянский мир и все в нем испортило и исказило. Нет, наоборот, оно наполнило его благодатным содержанием, органически вошло в славянский мир, вывело из безвременья и дало ему определенный культурный импульс: азбуку, книги и т.д. А если говорить о национальном возрождении славянских народов, то это возрождение возможно только в Православии. Когда Русь крестилась, не было никаких русских, белорусов или украинцев. Были поляне, древляне, кривичи, вятичи. В чем-то схожие, в чем-то различные славянские племена. Именно Православная Церковь сформировала тот психотип, который на определенном этапе нашей истории назвали русским (великоросским) или украинским (малоросским). Тот же Гумилев писал: на Куликово поле пришли москвичи, коломенцы, рязанцы, а ушли русские. И если мы хотим пережить национальное возрождение, то возвращаться к временам до князя Владимира бессмысленно.

- Главный вопрос, который приходится слышать православному миссионеру: а для чего нужна ваша Церковь?..

- Если из тела вынуть душу, тело начинает гнить и разлагаться. Если из сердца русского человека вынуть Православную веру, он нравственно и морально разложится, от него ничего не останется. Надо прямо сказать: наша Церковь сдерживает страсти людей. Она помогает обрести вменяемость, даже когда мы поглощены грехами, пороками и беззакониями. Потому что Христос пришел в этот мир спасать не праведных, но грешных. А все учение Церкви обращено к человеку, который нуждается в прощении Божьем. Какую жертву умилостивления Богу могут предложить язычники? Коня, петуха зарежут торжественно на какой-нибудь лысой горе? Истинная религия та, которая может предложить Богу истинную жертву. Наша жертва - это Богочеловек Иисус Христос, истинная жертва умилостивления.

Беседовал Сергей Кузнецов

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.