Автомат как главный богословский аргумент

Дата публикации:14.08.2014

Известный российский религиовед, исследователь ислама Роман Силантьев 11-12 марта посетил Архангельскую и Холмогорскую епархию. Визит ученого в Поморье прошел по благословению митрополита Архангельского и Холмогорского Даниила. Эксперт выступил в Северном государственном медицинском университете с лекцией о современном терроризме и экстремизме. В начале своего выступления он подчеркнул, что тема экстремизма остается актуальной, поскольку с его проявлениями может столкнуться любой из граждан нашей страны. Недавние теракты в Волгограде тому подтверждение.

Задача терроризма не убить, а деморализовать

Первую часть лекции Роман Силантьев посвятил историческому обзору. В то время как, например, в XIX-XX веке в России террористические акты осуществлялись политическими группировками (народовольцами, эсерами и т.д.), и это серьезно ослабило государство, приблизив революцию, то сегодня, по словам ученого, большая часть террористических организаций имеет исламское происхождение.

«Задача терроризма не убить всех, а деморализовать население, чтобы вызвать революционную ситуацию, смену власти, и в создавшейся неразберихе эту власть захватить. Как мы знаем, в феврале 17 года царя свергали одни, а к власти потом пришли совсем другие», - напомнил Роман Анатольевич. В недавнем прошлом террористическим группировкам удалось захватить власть в ряде стран (Египте и др.). С захваченной властью террористы нередко не справляются.

Проблема терроризма достаточно остро стоит во всем современном мире; в России потери на Северном Кавказе практически равны потерям в Афганистане. «То, что созидалось столетиями, можно разрушить моментально, особенно с помощью современных информационных технологий... Мир нуждается в поддержке, в том числе довольно жесткими способами», - резюмировал лектор, подчеркивая, что только «мирными» средствами победить терроризм вряд ли удастся, как не удалось бы победить фашистов в 1945. «Когда немцы наступали на Москву, на них сбрасывали листовки с предложением не воевать против русских. Эти листовки имели один эффект, а в 45-м, когда мы наступали на Берлин, уже совсем другой». В случае с терроризмом, как показал и пример Сирии, «наличие автомата в богословском споре является главным аргументом».

Протестантская помощь ваххабитам

Роман Силантьев рассказал о происхождении ваххабизма, название которого происходит от одного из имен Аллаха – «Ваххаб». Мухаммадом ибн Абд аль-Ваххабом звали исламского теолога, основателя нового течения, призывавшего вернуться к первоначальному исламу, искаженному за минувшее со времен появления Корана время. В своей борьбе с нововведениями его последователи-ваххабиты используют все возможные методы (так, только в России за последние годы террористами было убито не только несколько православных священников, но и около 70 представителей мусульманского духовенства).

Стать из маргинального движения заметным и влиятельным ваххабизму, как считается, помогли английские протестанты, увидевшие в нем близкие себе идеи (протестанты называли ваххабитов «пуританами ислама») и вступившие с ними в союз. Впоследствии ваххабитам удалось занять видное место в Саудовской Аравии, откуда они стали распространять свое влияние дальше: «Сегодня около десяти стран имеют такую идеологию». Ваххабитов насчитывается десятки миллионов; их финансирование ведется за счет добычи нефти. Внутри ваххабизм неоднороден, но различные движения, споря между собой, могут объединяться против «внешних» противников.

В настоящее время, по словам Романа Силантьева, терроризм бросает обществу новые вызовы. Это использование ракетного и химического оружия, а также привлечение к террористической деятельности детей и подростков. Расширяется и география терроризма. В то же время «классикой жанра», по словам ученого, остаются серийные теракты в местах общего пользования, подобные взрывам в Волгограде.

В России противостояние терроризму осложняется лакунами в законодательстве: «Законодательство у нас ещё достаточно либеральное, попытки его ужесточить вызывают обвинения в тоталитаризме; но тем не менее рано или поздно придется что-то делать. У нас практически невозможно бороться с терроризмом из-за того, что пособники террористов не несут достаточной отвественности. На одного действующего террориста приходится несколько десятков пособников, и при его уничтожении потерю очень быстро восполняют… Боевики живут в среднем два месяца, но количество их не уменьшается. Пока не будет уничтожена эта питательная среда, так все и будет происходить».

Помимо «классических» ваххабитов (салафитов) в России действуют преимущественно ещё три движения: Хизб ут-Тахрир – «партия освобождения», более «дерзкая», но менее «удачливая» и «умелая» организация (действует на Поволжье, на Урале, в Сибири, на Северо-Западе России); Таблиг Джамаат – течение пакистанского происхождения, занимающееся в основном вербовкой; «Братья мусульмане», малочисленные в России, но влиятельные зарубежом.

Ваххабизм с русским лицом

Отдельно Роман Силантьев упомянул тему вербовки экстремистами среди традиционно не исламских народов России: «Информация зачастую просто шокирует. Кто мог подумать, что в Карелии в Петрозаводске появится мощный ваххабитский центр?.. На Сахалине – кто мог подумать, что там окажется большая ваххабитская община, и будут отлавливать людей в международном розыске? В Якутии?.. Действительно, существует проблема вербовки русских и славян в целом, особонно украинцев, судя по фамилиям, во всяком случае. У нас сейчас среди террористов людей с русскими фамилиями больше, чем татар и чеченцев вместе взятых. Притом что так называемых русских мусульман семь тысяч, а татар и чеченцев за семь миллионов. То есть уровень вовлеченности в террористические организации у новообращенных русских мусульман сверхвысокий, достигает 90%. Кого там только нет… Есть цыгане-ваххабиты, представители малых народов – корелы, вепсы. Они отличаются наибольшей боеспособностью, наибольшей жестокостью. Им внушают, что они, например, представители русского народа, должны нести ответственность за якобы многовековое угнетение мусульман».

По словам лектора, аналогичные проблемы связаны и с немусульманским населением других стран. Выезжая за рубеж, новообращенные мусульмане-ваххабиты могут стать жертвой своих же «коллег»: «Для мусульман считается нормой знать первую суру Корана наизусть. Наши мусульмане крайне редко ее знают, а новообращенные не знают даже о таком обычае. А когда человек на предложение воспроизвести первую суру отвечает отрицательно, над ним быстро совершают самосуд».

Также в России идет сращение ваххабитских организаций с преступными группировками, в том числе за счет вербовки в тюрьмах. «Есть такое понятие «тюремный джамаат»… Часто говорят: вот, например, поймали тех, кто жег храмы в Татарстане, из них многие оказались с судимостями, кто-то за изнасилование, кто-то за грабеж. «Какие это мусульмане, это обычные урки…» Так не обычные урки, а урки, завербованные ваххабитами! У нас если бандит просто рэкетом занимается, это один вопрос, он все-таки себя героем не считает, когда крышует ларечников. А если этому товарищу говорят, что он может делать все то же самое, только называться это будет сбором денег на джихад…» В результате ваххабитские движения в России уже не нуждаются в финансировании из-за рубежа, напротив, обладая собственными весьма значительными средствами, оказывают помощь международным террористическим организациям.

Обычные мусульмане, по словам Романа Силантьева, вполне могут быть добросовестными гражданами немусульманской страны. Ваххабиты законов таких стран не признают, а некоторые из них держатся мнения, что по-настоящему мусульманских государств не существует; законы же всех прочих можно и должно нарушать. Создание подлинно мусульманского, в их понимании, государства является главной целью ваххабитского движения, что роднит его с крупнейшими мировыми сектами. При этом общая численность ваххабитов значительно выше чем, например, свидетелей Иеговы или мормонов.

Для справки

Ваххабизм - религиозное (одно из течений ислама) и социально-политическое учение, возникшее в Саудовской Аравии в XVIII веке. Термин "ваххабизм" дан этому учению оппонентами, сами ваххабиты называют себя единобожниками, подчеркивая представление об Аллахе как единственном источнике творения и поклонения. По их мнению, исламский мир отошел от принципов единобожия. Люди охотно соглашаются вносить новшества в свою жизнь, следовать за прогрессом в области техники, человеческих отношений и т.д. А это для ваххабитов самый страшный грех. Для ваххабизма характерны крайняя нетерпимость в вопросах веры, экстремизм и терроризм в борьбе с идеологическими противниками. Ваххабизм широко распространен в Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, ряде азиатских и африканских стран, где он фактически является государственной религией.
Начиная с 90-х гг. XX века ваххабисткие организации начинают активно распространяться в России, в том числе в неисламских регионах.

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.