Мы им все равно не понравимся

Дата публикации:04.03.2015

Жерар Беар, главный редактор известного журнала, откровенно посмеялся над попытками священнослужителей протянуть ему руку дружбы: «На прошедшей неделе «Шарли», атеистическая газета, совершила больше чудес, чем все святые и пророки вместе взятые, … вознеслась выше гор… Миллионы простых людей, все эти главы государств и правительств, все эти политики, интеллектуалы и медиа-персоны, все эти священнослужители, кто в течение недели провозглашал «Je suis Charlie» должны знать, что это также означает «Je suis pour la laïcité» («Я за секуляризм»)…. и еще одна важная вещь. Мы хотели бы также направить на этой неделе послание Папе Франциску, который тоже «яшарли». Мы примем звон колоколов Нотр-Дам в нашу честь только тогда, когда в них будут звонить участницы «Фемен».

Похоже, если кто-то пытаться понравиться Жерару Беару и иже с ним, из этого ничего не вышло. Сами попытки отчасти понятны. Некоторые люди, которые борются с кощунствами, выглядят… ну, не вполне здоровыми. Такими же скандалистами, болезненно ищущими внимания, как и сами кощунники. Но это у нас, христиан; в исламском мире, есть люди, которые просто убивают — как это произошло в редакции известного французского издания. Естественно, критики веры (и нашей веры, и веры вообще) не упускают случая указать на этих людей пальцем и воскликнуть — вот какие злобные глупцы эти верующие! Вот в какого Бога они верят!

Понятно желание возразить — нет, Бог не такой, Он долготерпелив и многомилостлив и вдохновляет людей на добрые дела, а не на скандалы и убийства. Мы естественно склонны сочувствовать тем, кто подвергся беззаконному насилию; и это правильно. Неправильно другое. Нельзя оправдывать грех; нельзя пытаться приобрести симпатии богохульников, уверяя, что их поведение — приемлемо.

Кощунство — это явление, на которое мы можем взглянуть и с христианской, и с гражданской точки зрения. Некоторые явления являются греховными и пагубными для души человека, но в то же время было бы неверно преследовать их по закону; государство есть организация принуждения, в то время как покаяние и обращение человека возможно только по его доброй воле.

Жерар Беар

Жерар Беар

Блуд или пьянство греховны и ведут человека к гибели; из этого не следует, что государство должно их преследовать. Однако из этого следует другое — обязанность христиан свидетельствовать об истине, в том числе тогда, когда она не принимается. Наш долг — увещевать пьяниц и блудников оставить их образ жизни и обратиться к трезвости и благочестию, независимо от того, наказуемо или их поведение по закону.

Независимо от того, считаем ли мы нужным, чтобы государство пресекало намеренные оскорбления религии, мы должны свидетельствовать о том, что богохульство является тяжким грехом, наносящим душе человека глубокие раны.

Было бы ошибкой говорить о том, что Бога оскорбить невозможно. Священное Писание ясно утверждает обратное: «Всякий день простирал Я руки Мои к народу непокорному, ходившему путем недобрым, по своим помышлениям, — к народу, который постоянно оскорбляет Меня в лице, приносит жертвы в рощах и сожигает фимиам на черепках» (Ис.65:2,3)

Представление о Боге как об отстраненном надмирном абсолюте не поддерживается Писанием; Бог глубоко заинтересован в Своем творении, и, прежде всего, в людях, и непрестанно ищет вернуть их к той близости с Ним, которую они утратили грехом. Отношение Бога к Его народу у Ветхозаветных пророков, сравнивается с отношением обманутого и оскорбленного, но неизменно любящего мужа к неверной жене. В Новом завете Господь сравнивает Бога с Отцом, который терпеливо ожидает сына из далекой страны и радуется его возвращению. Нам прямо сказано «не оскорбляйте Святаго Духа Божия, Которым вы запечатлены в день искупления. (Еф.4:30)».

В Иисусе Христе Бог становится человеком, уязвимым для человеческой ненависти, вражды и предательства — грешники совершенно буквально плюют в лицо Бога и наносят Ему побои. Любой грех оскорбляет Бога; но особенно то, что намеренно предпринимается именно с целью оскорбить. Разумеется, не наше дело отмщать за оскорбления, наносимые Богу — нам повелено «оставьте расти вместе то и другое до жатвы»(Матф.13:30) Но наше дело свидетельствовать об истине — люди, сознательно убивающие в своих душах (и душах других) способность к благоговению, отторгают себя от жизни и спасения. Нельзя быть христианином и считать богохульство приемлемым.

Мы можем с негодованием узнавать о том, что исламисты казнят людей за употребление спиртного, а женщин, заподозренных в блуде, побивают камнями — но из того, что эти действия возмутительны и неприемлемы, не следует, что мы обязаны как-то пересматривать христианскую позицию в отношении пьянства или блуда.

Другой вопрос — должно ли государство защищать религиозные чувства. Часто говорят о том, что отношения с Богом могут быть только невынужденными и личными, и не дело государства защищать благочестие. Это действительно так, к благочестию невозможно принудить, полиция может доставить безобразника в КПЗ, но не привести его к Богу. Однако государство имеет другую обязанность — поддерживать мир между людьми. Отношения людей с Богом — не его прерогатива; оно призвано регулировать отношения людей между собой.

В некоторых случаях государство пресекает намеренные подстрекательства и оскорбления. Интересный пример мы можем найти в той же Франции. Французский комик Дьедонне Мбала-Мбала после того, как принял участие в известном марше, посвященном защите свободы слова, написал у себя фейсбуке:

«После этого героического марша, который я назову… легендарным! Волшебным мигом, равным Большому взрыву, создавшему Вселенную! Или, по более скромной мерке (более локальной), сравнимым с коронацией Верцингеторикса, — я, наконец, у себя дома. Знаете, сегодня вечером, что касается меня, я себя чувствую Шарли Кулибали».

Дьедонне Мбала-Мбала

Дьедонне Мбала-Мбала

Кулибали — террорист, который убил заложников в магазине, в знак поддержки нападения на редакцию Charlie Hebdo. Французским властям шутка не понравилась — комик был приговорен к штрафу в 30 000 евро за «поддержку террористических речей». Не очень понятно, где он тут выразил поддержку террористам — но, наверное, французские власти лучше разбираются в нюансах языка и в культурном контексте. Факт тот, что высказывание, которое суд оскорбительным и, потенциально, подстрекательским, было наказано по закону.

Что мешало наказать таким же штрафом самих карикатуристов? Ведь тогда бы и они, и еще ряд случайных и невинных людей остались бы живы.

Но, как бы мы не смотрели на желательную роль государства в этом, нам стоит помнить о нашем христианском долге — свидетельствовать о грехе и спасении. Пытаться понравиться воинствующим секуляристам — дело и безнадежное, и вовсе нам не заповеданное.

Автор: Сергей Худиев

Источник: http://www.pravmir.ru/myi-im-vse-ravno-ne-ponravimsya/#ixzz3TOjMRCuw

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.