Игумения Митрофания: В Суру? Пешком пойду

Дата публикации:18.05.2015

Беседа с настоятельницей Сурского Иоанновского женского монастыря

Матушка Митрофания наотрез отказалась ехать из храма в обитель на машине: «После всенощной мне очень хочется пройтись пешком. Ничего, что мне 75 лет, что холодно и что до обители километр. Мне нравится смотреть на звездное небо Суры. Пойдемте вместе – заодно и поговорим».

Игуменья Митрофания (Миколко), настоятельница Сурского Иоанновского женского монастыря

Небольшая прогулка под ясным северным небом, до которого, кажется, действительно рукой подать: звезды – вот они, рядом, хоть рукой хватай. А можно просто смотреть, созерцать, восхищаться и впитывать в себя эту мощь Русского Севера. Созерцать – и славословить. Матушка Митрофания вспоминает слова любимого святого – праведного Иоанна Кронштадтского: «Душа невольно порывается к славословию, когда смотришь на звездное небо; но еще более она порывается к славословию, когда, смотря на небеса и на звезды, яже Бог основал, представишь себе помышление Божие о людях, как Бог бесконечно любит людей, заботится о их вечном блаженстве, не пощадив и Сына Своего Единородного для спасения нашего и упокоения во Царствии Небесном. Нельзя не славословить Бога, когда вспомнишь, что ты из ничего создан, что ты предназначен от сложения мира к вечному блаженству совершенно туне, даром, не по заслугам, когда вспомнишь, какая благодать Божия подается тебе от Бога для спасения во всю жизнь твою, какое бесчисленное множество грехов тебе прощается не раз, не два, а неисчетное число раз, какое множество естественных даров тебе подается, начиная со здоровья тела до струи воздуха, до капли воды. Невольно возбуждаешься к славословию, когда в удивлении видишь бесконечное разнообразие сотворенного на земле, в царстве животном, царстве растительном и минеральном. Какое мудрое устройство во всем – в великом и малом! Невольно славословишь и говоришь: “Чудны дела Твоя, Господи, вся премудростию сотворил еси, слава Ти, Господи, сотворившему вся”».

Сурский Иоанновский монастырь. Современный вид

Сурский Иоанновский монастырь. Дореволюционная фотография

Только ради одного этого напоминания, произнесенного тихим голосом игуменией, поверьте, стоило преодолеть сотни верст, чтобы сюда добраться. А когда оно сопровождается действительным подтверждением той дивной красоты, такой кроткой, что ли, но непобедимой мощи северной природы, скромно, настойчиво, ежедневно выступающей в качестве «дидактического материала» на уроках благочестия, то не обращаешь уже никакого внимания на усталость и начинаешь смотреть во все глаза и слушать внимательно идущего рядом наставника.

Матушка Митрофания опирается на руку сестры Нины – верной своей помощницы; они идут по разбитой дороге неспешно, мы разговариваем. Академический питерский выговор игумении звучит в этих северных широтах, может, несколько неожиданно, но тем достойнее и доступнее. Она рассказывает о своих чувствах, когда узнала, что ей предлагают поехать из Иоанновского монастыря, что на Карповке в Санкт-Петербурге, сюда, в далекую Суру, на Крайний Север.


– Это было три года назад, в 2012-м. Священный Синод постановил открыть Сурский женский монастырь, а меня назначили игуменией этой обители. Меня спросили, поеду ли я в Суру, в Архангельскую область, на Крайний Север. Я ответила: «Не только поеду – я пешком пойду!» И, признаюсь, что за всё это время я ни разу – ни часа, ни минуты – не пожалела о том, что оказалась здесь. И дело тут не только в красоте северной природы, конечно. Думаю, что, несмотря на бедность нашей обители, ее недостаточное по сравнению с другими материальное обеспечение, гораздо большее значение имеет то, что все сестры, которые живут здесь, приехали в Суру по зову сердца. Нас всего шесть человек – пять сестер и я, игумения.

В монастырь не идут от чего-то – от уныния, неустроенности. В обитель идут к чему-то, точнее, к Кому-то – к Христу, Его святым

– Матушка, вы говорите, что Иоанновский монастырь не богат и не велик, всего шесть человек в нем молятся и трудятся. Как же вы справляетесь с многочисленными трудностями?

– Во-первых, нужно знать, что в монастырь не идут от чего-то – от уныния, от неустроенности личной или семейной жизни. В обитель идут к чему-то, точнее, к Кому-то – к Христу, Его святым. Я уже говорила, что наши сестры пришли сюда по зову сердца, по любви к Богу и к Его святому – праведному Иоанну Кронштадтскому. Если человек не имеет в себе таких качеств, то сами условия жизни в Суре помогут ему быстрее и честнее взглянуть в собственное сердце – долго он здесь не выдержит. А если есть в его сердце любовь и упование на помощь Христову и святого праведного Иоанна, то, поверьте, он будет воспринимать любые трудности спокойно. Сколько раз мы убеждались, что Батюшка не оставляет своих сестер без благодатной помощи! Это происходит практически ежедневно, таких «обычных чудес» неисчислимое количество. И мы на собственном опыте убеждаемся: Бог нас не оставляет Своей помощью, отец Иоанн Кронштадтский всегда рядом с нами.

Св. прав. Иоанн Кронштадский
– Расскажите, пожалуйста, о прошлом Иоанновской обители.

– Сурский женский монастырь был детищем Всероссийского пастыря, как называют святого праведного Иоанна Кронштадтского. Батюшка нашел немалые средства на его строительство, участвовал и в составлении устава монастыря, направлял сестер в обитель, наставлял первых послушниц.

Иоанновская обитель в начале XX века занималась благотворительностью: оказывала большую помощь нуждающимся и страждущим, поддерживала родственников погибших на войне воинов, собирала средства на благотворительные цели, а также подавала милостыни.

Не забывали и об образовании: в монастыре была читальня, которая для прихожан выписывала православные журналы и газеты, работали различные мастерские. Вообще тогда монастырь был центром просвещения в Суре и окрестностях (здесь это называется Сурский куст): работала церковноприходская школа для детей и воскресная школа для взрослых, где учили не только молитвы, но осваивали и грамоту, а также ремесла: шитье, рукоделье, вязание, ремонт одежды. Была открыта даже аптека и больница для крестьян!

Обитель была большой: в 1915 году здесь было около 200 сестер. Мне кажется, представить себе жизнь Иоанновской обители перед революционными потрясениями в России поможет небольшой отрывок из книги Сергея Животовского «На Север с отцом Иоанном», вышедшей в 1903 году:

Насельницы Сурского Иоанно-Богословского женского монастыря. Фотография начала ХХ века

«Вот это моя родная сестра, а это мой племянник, – сказал мне отец Иоанн, указывая на мою соседку и на соседа отца Георгия. Сосед отца Георгия оказался родным сыном моей соседки. В отдаленном углу комнаты сидело еще два племянника отца Иоанна – младшие дети его сестры, тоже одетые по-крестьянски и держащие себя в высшей степени скромно. Два старших племянника женаты и занимаются со своими семьями хлебопашеством.

Тут вот и сказалось наглядно бескорыстие отца Иоанна. Другой на его месте всех бы родственников своих озолотил, дав им возможность жить легко и богато. Но для отца Иоанна все люди одинаково близки, и он не отдает преимущества своим родственникам, которым он помогает, но не больше, чем и всем другим. И родня его не ропщет, потому что с давних пор привыкла смотреть на него как на человека особенного, не от мира сего.

Здесь я узнал, что еще в детстве сын псаломщика Ильи Сергиева, маленький задумчивый Иванушка, пользовался среди своих односельчан особенным уважением. Пропадет ли лошадь у мужика – идут просить Иванушку помолиться, случится ли горе какое или заболеет кто-нибудь – опять идут к Иванушке.

Но вот дивный мальчик вырос, и слава его, как солнце, засияла над православной Русью. А в дикой суровой пустыне, среди дремучих лесов у сыпучих песков, где некогда, кроме десятка изб да полуразрушенной деревянной бедной церкви, ничего не было, забелели стены величественного каменного храма, засияли золотые кресты над растущей не по дням, а по часам молодой обителью.

Вся грамотная Россия знала до сих пор на Севере Холмогоры – родину великого русского ученого Ломоносова. Теперь вся православная Россия будет знать и Суру – родину досточтимого своего пастыря. Всего четыре года назад отец Иоанн положил начало Сурской обители. И вот теперь в Суре уже 120 сестер, большая часть которых приехала сюда, в суровую дикую местность, из самых далеких концов России. Только самый незначительный процент составляют уроженки Архангельской губернии».

Св. прав. Иоанн Кронштадтский на Родине в селе Сура

Тут я могла бы добавить, например, следующее. Михаил Васильевич Ломоносов, великий наш ученый, уехав из Холмогор в столицу, больше на родину никогда не приезжал. Возможно, просто не было времени. А Батюшка Иоанн, напротив, использовал каждую возможность, чтобы побывать «на родине дорогой, родине святой, Суре благословенной», как он сам говорил.

Матушка Митрофания с послушницей Ниной

Там, где не восстанавливают церкви, умирает село. Есть храм – будет и жизнь. И дома будут крепкие стоять, и работа появится

– Поговорим о временах, о которых отец Иоанн предупреждал с тревогой и с болью за свою Родину – как малую, так и всю Россию. Через несколько лет после его кончины произошла национальная катастрофа, вызванная, по его словам, отступлением от Бога большой части нашего народа…

– Да, и Батюшка говорил, что Россия в случае своего отступничества потеряет даже свое имя! В течение долгих и страшных десятилетий мы и жили в обезличенной, потерявшей собственное имя стране. Не будем сейчас говорить о всероссийских масштабах – взглянем только на Суру и окрестности. А масштабы безбожного разорения были таковы, что вселяли ужас. Разрушенные храмы на Русском Севере, закрытая и оскверненная Иоанновская обитель, запрет даже на само именование себя православным, гонения, мучения, издевательства над христианами – всё это пережила наша земля. Попытки заставить отказаться русский народ от своей веры, думаю, сказались и на его изменившемся менталитете, что повлекло и печальные изменения в материальной жизни. Где сейчас крепкая русская деревня с ее прочным, добротным хозяйством, с ее основательными жителями, всегда готовыми прийти на помощь в трудную минуту? Я заметила: то село, в котором был разрушен храм, если оно не трудится над его восстановлением, неизбежно умирает. Помню, после войны, уже придя в себя после блокады (я – блокадница, первые годы жизни прожила в Питере, а они пришлись как раз на войну), я попала в Вологодскую область, в Вытегорский район. Там было огромное село, а в двух разоренных храмах был то ли дом культуры, то ли клуб – не помню уж точно. Потом, лет через 30, я съездила туда вновь – от когда-то большого села осталось хорошо если четыре ветхих дома. Народу – три старушки: живут посреди торчащих из снега черных остовов изб. Ох, как больно было на это смотреть! И так везде, по всей России – там, где не восстанавливают церкви, умирает село. Есть храм – будет и жизнь. И дома будут крепкие стоять, и работа появится у людей, и хозяйством крепким займутся.


Успенская церковь

– Примеры можете привести подобного возрождения?

– Ну, вот Сура – и пример. После долгих лет запустения, по молитвам Батюшки Иоанна, нашлись добрые люди в самых разных уголках России, которые стали трудиться над воссозданием в этом селе сестричества, образовали приход и из руин стали возрождать Никольский храм и скит. Чуть позже прихожане Иоанновского монастыря на Карповке с помощью благотворителей продолжили их труд, и были созданы такие условия, которые оказались достаточными для возрождения в Суре женской обители. К чести жителей Суры, большинство из них с радостью откликнулись на восстановление монастыря. Сейчас, когда требуются большие работы – будь то строительные, отделочные, разные бытовые и т. п., – многие местные жители помогают нам в этом. А помогая монастырю, люди, а особенно молодежь, начинают постепенно приближаться к Богу, по молитвам своего святого земляка. Это очень важно для России: нельзя русскому человеку без Бога.

Успенская церковьПриходится сталкиваться и с прямыми наставлениями Батюшки. Приведу пример: бурили водную скважин…

Иногда рабочим приходится сталкиваться и с прямыми наставлениями Батюшки. Чтобы понятнее было, приведу пример. Бурили водную скважину. Тут, кстати, это довольно трудно: до воды меньше восьми метров не бывает. Так вот, прораб настаивает на том, чтобы бурили в том месте, где ему непременно хочется, – мол, так удобнее. Я ему говорю: «Не надо здесь бурить: по моим данным, в этом месте был, простите, туалет в течение долгого времени». – «Какая разница – тут быстрее всё будет и дешевле, а у меня смета» и т.п. – «Пожалуйста, не надо!» Ну, не прислушался. Я взмолилась: «Дорогой Батюшка, помоги, вразуми человека!» – двадцати минут не прошло, как бежит ко мне прораб: «Бур сломался! Десять метров пробурили – нет воды, стали дальше – бур пополам! Простите, матушка». Так и живем, приближаясь к Христу: то буры ломаются, то чудеса происходят. Лишь бы люди к Христу шли – а отец Иоанн всегда в этом поможет.

– Судя по вашему спокойствию и уверенности в помощи Божией, вы не унываете, сталкиваясь с трудностями?

– Монаху – унывать?! Простите, на это просто нет времени. Нет времени даже поболеть как следует – дел много, а уж унывать – это вообще нельзя. Слишком много дел.

Река Сура

– А ведь многие считают, что монашеская жизнь – это такое бегство от труда и проблем. Знай себе молись…

– «Знай себе» – поднимайся в четыре утра, ложись после полуночи, работай на скотном дворе (у нас три коровы и другая живность), помогай на строительстве, работай на кухне, в прачечной, чисти дороги, коли дрова, не забывай о неусыпаемой Псалтири, будь постоянно на службах и всё время молись, причем искренне, от сердца…

– Потрясающее «бегство»!

– Повторяю: в монастырь приходят те, кто любит молиться и трудиться, те, кто имеет в сердце любовь ко Христу и дорогому Батюшке.

Но, конечно, у недавно открытого монастыря сейчас много трудностей в воссоздании духовной и материальной жизни. Но трудности – это не повод для жалоб, а повод для труда, не так ли?

Идет подготовка к торжествам, посвященным 25-летию канонизации праведного Иоанна Кронштадтского: они пройдут в Суре 14 июня 2015 года

– А есть ли у обители какие-то планы? Ведь прежний монастырь вел помимо всего прочего и большую просветительскую и социальную работу.

– Да, Сурская обитель планирует возродить благотворительную деятельность. Мы надеемся создать приют для девочек-сирот, богадельню для одиноких престарелых людей, воскресную школу, а также помочь селу в возрождении разнообразных ремесел, традиционных народных промыслов. И в этом очень способствует, кстати, подготовка к торжествам, посвященным 25-летию канонизации святого праведного Иоанна Русской Православной Церковью. Они пройдут в Суре 14 июня 2015 года.

Мы ждем приезда Святейшего Патриарха, большого количества архиереев со всех концов света, паломников – сами понимаете, какие работы ведутся сейчас для достойной встречи гостей.

дом Маккавеевых
– Вернусь к теме взаимосвязи строительства храмов и возрождения русского села. Сура – село большое, больше 2 тысяч жителей. Сколько церквей в селе?

– Пока большей частью богослужения мы проводим в храме во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского. Храмовое помещение расположено на первом этаже в доме священника Георгия Маккавеева, друга и сомолитвенника отца Иоанна. Георгий Маккавеев, еще будучи диаконом, был с благословения Батюшки распорядителем по строительству церковных зданий. Когда святой приезжал в Суру, он останавливался в доме Маккавеевых, жил на втором этаже, окно его комнаты выходило на монастырь. А в 1902 году отец Георгий был рукоположен во священника. Он пострадал во время гонений в 1920 году.


Кроме этого храма в Суре есть еще два собора. Никольский собор открыли для прихожан в январе 2013 года. Осенью 2014 года завершилось строительство храмовой колокольни. А вот Успенский собор начал возрождаться совсем недавно, но работы идут очень активно: настелены полы, отремонтирована кровля, сейчас устанавливают центральный купол и золотят крест. Работают, напомню, местные рабочие. Таким образом, у нас в селе есть три церкви.

– Как вы считаете, они будут наполнены молящимися?

– Во время торжеств – да, конечно. В остальное же время, я думаю, по мере надобности мы будем служить в храмах, которые смогут разместить необходимое количество прихожан.

Наша обитель будет благодарна за любую помощь

– Работы перед торжествами ведутся немалые. Будут вестись и после торжеств. Скажите, матушка, как можно помочь вашей обители?

– Наша обитель будет благодарна за любую помощь: строительными материалами, инструментами, транспортными средствами, строительной техникой, продуктами, деньгами и т.д. Конечно, мы просим молитв у всех православных за наш монастырь. Еще хотела бы сказать, что, помогая обители, которую основал святой Иоанн Кронштадтский, человек обретает в его лице усердного молитвенника, ходатая перед Господом. Мы молимся и верим, что придут в новую обитель сестры – труженицы и молитвенницы, наладится духовная, монашеская жизнь, устроится быт, станет больше паломников, и мечта дорогого батюшки Иоанна о процветающем женском монастыре на его земной родине станет реальностью – станет вести людей от земного Отечества к Отечеству Небесному… Вы только посмотрите, какое небо огромное, сколько звезд и как ярко они сияют! Иногда я уверена: Сура граничит с Небом. Приезжайте к нам почаще. А сейчас пойдемте пить чай – сестры приготовили кабачковое варенье. Ручаюсь: никогда такого не пробовали.


Чай после прогулки – милое дело. А чай с кабачковым вареньем и молитвой, да еще в Суре, в монастыре… – небо смотрело с пониманием, подмигивая огромными звездами. Улыбалось, наверное.

С игуменией Митрофанией (Миколко)
беседовал Петр Давыдов

Источник: http://www.pravoslavie.ru/put/79336.htm

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.