Без страха перед убийством

Дата публикации:24.07.2015

Одна из главных бед России — огромное число абортов. Об этом зимой заявил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, тогда же он предложил вывести операции по искусственному прерыванию беременности из системы обязательного медицинского страхования (ОМС). Об инициативе[1] Святейшего, причинах того, почему женщины идут на аборт, и отсутствии страха перед убийством рассуждала профессор, зав.кафедры неонатологии и перинатологии Северного государственного медицинского университета (СГМУ) Галина Чумакова.

Крохотный ребенок — это не тело женщины

Выведение операции по искусственному прерыванию беременности из системы ОМС — это полумера. Мать не хочет этого ребенка, а причастными к аборту становятся налогоплательщики, которые даже не подозревают, что они оплачивают, и врачи. Конечно, Святейший Патриарх прав — население не должно финансировать убийство собственных детей . Но важнее, чтобы у людей изменилось отношение к нерожденному ребенку. К сожалению, поколения, которые воспитывались в Советском Союзе, росли с осознанием того, что аборт — средство контрацепции. Так регулировали количество членов семьи. И до сих пор люди убеждены, что это нормально: если ты не хочешь иметь детей или у тебя хорошая работа, нет ничего страшного в том, чтобы пойти на аборт.

Если мы переведем операции по прерыванию беременности в частные клиники или в платные услуги обычных больниц, то люди все равно найдут на это деньги. На рождаемость такая мера не повлияет, а значит, смертей не станет меньше, просто вырастет цена на убийство. Получается, мы ратуем за то, чтобы детей продолжали лишать жизни, но платили за это из своего кармана. Гораздо важнее изменить в обществе отношение к человеческой жизни, люди обязаны понять, что она бесценна. Нужно всегда помнить о христианской заповеди «не убий», бояться быть причастным к чужой смерти, будь то убийство в драке, по неосторожности или легализованное умерщвление собственного ребенка. Сейчас этого страха нет: аборт воспринимается как медицинская манипуляция и только.

К сожалению, за последние 20 лет зла, нетерпимости, ненависти стало больше. Я считаю, что Русская Православная Церковь может изменить эту ситуацию своим милосердием и состраданием в противовес жестокости и насилию.

На занятиях я показываю студентам манекены — деток на 10 неделе жизни в утробе матери. Тех маленьких, беззащитных крошек, которых убивают. И женщины, и мужчины должны понимать, что они делают. Пока же в их сознании сделать аборт и вырвать зуб примерно одинаковые манипуляции.

В газетах, журналах и в книгах часто пишут чушь о праве женщины распоряжаться собственным телом. Крохотный, еще не родившийся ребенок — не тело женщины. Он имеет генотип, взятый наполовину от отца и наполовину от матери. Женщина не имеет права распоряжаться судьбой этого ребеночка.

Плоды гедонизма

В центр жизни современная цивилизация ставит удовольствие. Ездить на заграничные курорты, покупать дорогую одежду, есть экзотическую еду — это главное. Люди не думают о душе. «Если у меня будет трое детей, я смогу получить в три раза меньше удовольствий, потому что билеты в отпуск надо покупать уже на троих, одежды потребуется больше. Пусть родится один ребенок, но у него будет все: лучшая одежда, компьютер, телефон», — так рассуждают многие. Когда люди поймут, что смысл жизни заключается в чем-то более важном, тогда станет ясно, что убивать зародившуюся жизнь нельзя.

Однако я думаю, что нельзя обличать женщину, совершившую аборт. Она и так испытывает острое чувство вины. Не надо вешать на нее ярлык убийцы. Это несправедливо, ведь такие поступки приняты современным обществом. В царской России криминальный аборт был редкостью. В деревнях бабки-травницы готовили специальные сборы, но это было исключительным явлением. Потом государство, начиная с 1920-х годов, насаждало людям новые убеждения, и Божий дар — рождение ребенка - начал восприниматься как что-то обременительное. Теперь, спустя век после внедрения такой политики, очень непросто донести до девушки, которая уже сформировалась, мысль, что ее мама, делая аборт, поступала неправильно и что она сама так делать не должна.

Поменять ситуацию, помимо Церкви, может искусство. К сожалению, сейчас нет фильмов, спектаклей о ценности жизни. Человек состоит из духовного и физического, и это духовное тоже необходимо развивать через хорошую музыку, великую живопись, фильмы. Душа должна трудиться, не только тело.

Исключение из правила

Конечно, в практике разрешения абортов есть исключения, например, по медицинским показаниям. Также до сих пор дискутируют о том, можно ли прерывать беременность, которая стала результатом изнасилования. К сожалению, у нас происходит все наоборот: исключение ставят на первое место, не понимая, что главным должно быть право человека на жизнь.

В Польше католическая и лютеранская церкви настояли на запрете аборта, и что? Разве увеличилось количество криминальных операций? Да, кто-то ездит за границу, чтобы прервать беременность, зато страна живет с ощущением, что в их государстве детей не убивают. Это очень важно для народа, это формирует дух нации.

А что у нас? Поразительно, что в стране, где приостановили смертную казнь для серийных убийц и педофилов, убийство детей остановить не хотят.

Комментирует заслуженная артистка России, актриса Архангельского молодежного театра Наталья Малевинская:

У Церкви есть свои задачи, у врачей, которые должны пропагандировать неприятие абортов, свои, у театра — свои. Мы не можем со сцены говорить: этого делать нельзя и этого нельзя, а это можно. Я работаю в театре давно и знаю: важно, для кого мы играем. Один и тот же спектакль может пройти по-разному. Если приходят невоспитанные люди, то как бы ты ни рвал душу, до них не достучишься.

Сейчас зритель приходит в театр, чтоб развлечься: он выбирает что-нибудь легкое. Конечно, когда режиссер берет пьесу о человеческих взаимоотношениях, доброте, незлобии, актеры честно ее отрабатывают, обнажая на сцене душу. Зритель верит и идет за актерами: плачет или смеется, и после спектакля в нем что-то откладывается. Анатолий Эфрос говорил, что если после его спектакля два или три человека не бросят окурок мимо урны, то это уже победа.

Я думала о том, какой бы спектакль мог бы заставить девочек задуматься над темой абортов, но ничего не нашла. В нашем театре есть постановка «У войны не женское лицо». У каждой из актрис по одному или по два документальных рассказа о войне. После спектакля плачут все: и взрослые, и дети. Если говорить чисто, правдиво, без кивков и прикрас, то люди слышат. Театр пробуждает душевные чувства, задевает эстетические, но не воспитывает, не учит. Воспитывать должна семья.

Записала Дарья Андреева



[1] 24 апреля 2015 года законопроект № 681134-6 об отмене финансирования абортов из средств ОМС (обязательного медицинского страхования) был отклонен депутатами, так как большинство отказались участвовать в голосовании.

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.