Игорь Орлов: Восстановление кафедрального собора преображает любой город

Дата публикации:07.12.2015

Нет никаких сомнений в том, что этот златокупольный собор вознесется над городом, поменяет состояние душ людских, даст нам тепло и свет, уверенность в завтрашнем дне», — считает Игорь Орлов, временно исполняющий обязанности губернатора Архангельской области.

Игорь Анатольевич рассказывает «Вестнику Архангельской митрополии» о том, как вера помогает ему в жизни, делится своим мнением по поводу отношений государства и Церкви, вспоминает свое «классическое советское детство».

Игорь Анатольевич, расскажите, пожалуйста, о времени, когда вы еще не были главой региона, — о юности, о тех краях, где она прошла, о ваших родителях.

— Я родился на Донбассе. Это место, где в силу исторических обстоятельств понятия Украина и Россия всегда были близки. В Донбасс съезжалась значительная часть населения с юга России - из Ростова, из Воронежа, из Орловской области и Краснодарского края. Папины предки родом из Орловской губернии, мама из-под Полтавы. Как они друг друга нашли – отдельная история, но она отражает то, насколько Донбасс был разнолик, разнонационален: он был местом смешения культур, хотя все же тяготел к России.

Я родился в небольшом городке Дебальцево в семье железнодорожников. Папа потом ушел трудиться на шахту, нужно было нас с братом поднимать, а мама так всю жизнь на железной дороге и проработала.

Я крещен в раннем возрасте, тайно, поскольку папа был партийным. Он знал об этом событии, но по понятным соображениям делал вид, что не догадывается. Бабушка и мама крестили меня в маленьком храме на улице Калинина в Дебальцеве - я позже бывал там много раз. Сам процесс Таинства возникает иногда в сознании смутными воспоминаниями, хотя мне тогда было всего два года. А вот свой детский крестильный крестик я до сих пор храню.

Мама и папа главную задачу видели в том, чтобы выполнить родительский долг и при этом сформировать у детей правильное отношение к делу, к стране, к природе, к Богу. Абсолютно все хорошее, что есть во мне, - заслуга родителей: я благодарен Богу за то, что они дали мне свою любовь. Не воровать, не лгать, добиваться результата, уважать старших, любить свою страну – все это заложили мои мама и папа.

- А сегодня как складываются ваши отношения?

— Созваниваюсь с родителями регулярно: они интересуются, как прошел день и даже что я сегодня кушал. Одним словом, продолжаю ощущать себя сыном. Это очень важное чувство, которое создает комфорт в жизни. Хотя мы с отцом спорим, например, о том, прав был Михаил Сергеевич Горбачев или нет, когда дал развалиться огромной стране. Спорим о сегодняшней ситуации. Отец продолжает активно интересоваться политикой и экономикой, ему важно обсуждать все события со мной.

Вопрос отношения к родителям на самом деле более сложный, чем просто общение внутри семьи. Это жизнь традиций, основа уважения к старшим. Именно поэтому я старался так же воспитывать своих детей. Мы обязательно встречаемся всей семьей, вместе с детьми и внуками ездим к родителям. Считаю, понятие сути семьи, ее значимости в обществе невозможно переоценить, потому что именно она создает базовые ценности. Безусловно, что-то дают школа, институт, общество, которые тоже учат своим правилам. Но все, подчеркну, закладывается в семье, там находятся ключевые принципы — любовь к Богу, отношение к своей стране. Если в семье этого не заложат, в школе уже не воспитают.

- О чем мечтали в детстве?

- Как многие дети, мечтал о больших городах, о море, обо всем, о чем мечтают в этом возрасте. У меня была классическая жизнь советского мальчишки. То, что отец был партийным, не давало никаких преференций, кроме дополнительной ответственности: если хулиганил в школе, могли попрекнуть – у тебя такие родители, что себе позволяешь?

Закончив третий класс, я счел, что повзрослел, и сжег свои школьные дневники за три года обучения. Мне, десятилетнему, было не очень удобно их читать, потому что места для замечаний не хватало, и учителя писали даже на разворотах: «Шумел на уроке, бегал на перемене»… Одним словом, у меня было нормальное детство.

После школы я поступил в институт авиационного приборостроения в Санкт-Петербурге. Жил в общежитии, подрабатывал, когда необходимо. Да, это была взрослая жизнь, когда сам несешь ответственность за свои поступки.

— Игорь Анатольевич, помогает ли вера в работе?

— Конечно, помогает. Вера — это не своевременное соблюдение ритуалов и чтение молитв. В моем представлении, это гораздо глубже. Не убий, не укради: все христианские истины формируют отношение к жизни, к работе. Без них ничего не получится: руководитель — не благо, не кресло. Это труд. Благодаря вере через труд приходишь к достижениям, к реализации своей мечты и задачи на этой земле, в этом обществе.

— Этот год стал знаменательным для региона: Россия и весь православный мир открыли Суру Иоанна Кронштадтского. Патриарх Кирилл поставил высокую оценку организации торжеств, посвященных 25-летней годовщине канонизации святого. Но что же дальше, как будет развиваться Сура?

Это великое событие. Через такие праздники мы возвращаем значимость не просто населенному пункту, а сообществу людей, живущих в этом месте. Возвращаем им веру в Бога, в себя, в то, что они своим трудом и целеустремленностью могут многого достичь. Мне кажется, это самое главное. Приезд Патриарха, главы региона, множества гостей — лишь внешние атрибуты изменений, главные изменения произошли в сознании людей, в их восприятии мира.

Жители Суры поняли, что сами способны поменять жизнь вокруг себя, что их село — не забытая дыра в верховьях Пинеги, а удивительное, самобытное место с особой историей, которой они могут гордиться. Гордиться тем, что они - земляки Иоанна Кронштадтского, гордиться своими современниками — ведь для такого большого события кто-то восстановил дорогу, кто-то подремонтировал забор, кто-то потрудился для воссоздания храма, а кто-то подготовил гостевые комнаты.

В итоге село Сура стало притягательной точкой на карте нашей области для людей со всего мира, паломники приезжают сюда и будут приезжать. Сохранить эту планку, этот уровень отношения к родному краю — очень важно для сурян. Они теперь в это верят. Дай Бог, чтобы вера позволяла им расти дальше и жить достойно. Все в их руках!

Условия для паломнического туризма в Суре, Верколе, Пинеге, Карпогорах сейчас создаются, и проект будет развиваться. Так, в Суре жители подготовили 180 мест для приема паломников —

обустроили комнаты в своих домах, разработали экскурсионную программу. Более того, два инвестора благодаря нашему проекту захотели помочь Иоанно-Богословскому монастырю и заявили о готовности построить в этом селе больницу. Уверен, что все это привлечет в Суру молодежь, позволит тем, кто там живет и рождается, поверить в будущее.

Кстати, сегодня все больше людей покидают крупные города, понимая, что ценность жизни - не в суете и не в наличии метро. Например, в Лешуконский район недавно приехали две семьи врачей. Почему? Значит, нашли нечто большее, чем наличие хорошего торгового центра. Люди начинают понимать сакральность наших северных мест, чувствовать красоту природы, наслаждаться жизнью в глубинке.

— Игорь Анатольевич, на ваш взгляд, должно ли развиваться сотрудничество государственной власти с Церковью?

— Безусловно. При этом государственная власть должна относиться с уважением ко всем конфессиям, верованиям, если они носят конструктивный характер по отношению к обществу. Вера — это внутренний мир человека, и пытаться противопоставить власть внутреннему миру, значит, жить в постоянном конфликте. Мы так прожили в течение 70 лет, и к чему это привело? К очередному разрушению. С уважением относиться к вере человека – прямая обязанность власти. Но при этом есть и вторая обязанность: вместе с Церковью противостоять деструктивным силам, которые разрушают человеческие души. Секты, всевозможные псевдорелигиозные течения представляют собой систему разрушения внутреннего мира человека. Власть не должна этого допускать.

— В продолжение темы: в Архангельске стали активны сектанты, в частности «Свидетели Иеговы». Люди жалуются, что они очень навязчиво ведут себя на улицах. Есть ли возможность защитить жителей города от деятельности таких «верующих»?

Если деятельность сектантского течения, которое эти люди проповедуют, запрещена по решению суда. Сейчас идет работа над тем, чтобы делегализовать «Свидетелей Иеговы» в Архангельской области. В Российской Федерации подобный прецедент уже есть, в нескольких регионах эта организация запрещена. Мы идем по тому же пути. Человек может поклоняться Перуну или кому угодно, но не должен наносить вред окружающим и заставлять их совершать противоправные поступки. Но только в рамках закона можно доказать, что то или иное сообщество не соответствует интересам социума и государства. Этот процесс всегда сложен, но работа продолжается.

— Немного о культурном сегменте. Русский Север — земля, на которой пока еще живы уникальные памятники деревянного зодчества. К сожалению, многие разрушаются. Что можно сделать для их сохранения?

Восстановление храмов — тема непростая. Но мне нравится то, с чего мы начали, – с проекта в Суре. Там на восстановление Успенского и Никольского храмов государственных денег не потрачено ни копейки. Люди все сделали сами. Реставрация храмов - это дело народа, людей, жертвовавших на строительство либо частным образом, либо вскладчину. Поэтому душой и сердцем приветствую создание таких проектов, как «Общее дело. Восстановление деревянных храмов на Русском Севере».

Это правильный процесс. Когда я побывал в Коношском районе, в тех местах, где родился академик Николай Павлович Лаверов, мне показали чудо – совершенно удивительный храм, который восстанавливают северодвинцы: муж с женой и двое их друзей. В деревне Берег Вельского района обновили Казанскую часовню: и москвичи помогли, и местные жители. Оживают монастыри в Ошевенске, в Суре.

Правительство Архангельской области, безусловно, не собирается стоять в стороне и наблюдать, как где-то получается, а где-то нет. Мы обратились в Минкультуры России с инициативой по созданию программы восстановления деревянных храмов, идея получила поддержку.

— Игорь Анатольевич, построят ли в городе государственный реабилитационный центр для страдающих зависимостью от психоактивных веществ? Архангельская митрополия давно занимается излечением таких людей и потому особенно заинтересована в этом.

— Силами государства в ближайшее время строить не будем, но любую инициативу поддержим: либо в поиске инвестора, либо в выделении здания для восстановления, либо земли для строительства. Конечно, можно все, что угодно, «повесить» на государство. Но государство в первую очередь должно поддерживать людей, которые заинтересованы в том, чтобы развивать систему противодействия злу.

— Игорь Анатольевич, что вы как житель города можете сказать о строительстве Михаило-Архангельского кафедрального собора?

— То, что он жизненно необходим для Архангельска, подтвердили все верующие. В ближайший год храм начнет функционировать. Восстановление кафедрального собора преображает любой город. Люди начинают понимать: с ними Бог. У народа появляется уверенность в Его покровительстве. Нет никаких сомнений в том, что этот златокупольный собор вознесется над городом, поменяет состояние душ людских, даст нам тепло и свет, уверенность в завтрашнем дне.

Кстати, все, что связано с храмом, мы обсуждаем вместе с митрополитом Даниилом. Я бы назвал наши отношения доверительными. Можем встретиться в любое время дня и ночи, чтобы решить безотлагательные вопросы. Безусловно, подобное общение только на пользу: такая поддержка дорогого стоит.

Беседовала Людмила Селиванова

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.