Колядование: развенчание неоязыческого мифа

Дата публикации:14.01.2016

Светлые святочные дни, особая молитва в городских храмах, семейные вечера, колядовщики разносят православным христианам радость о пришедшем в мир Богомладенце. Однако в современных информационных потоках появилась и, к сожалению, окрепла тенденция связывать Святки с языческим прошлым славян. Дескать, святочные колядки связаны не с Рождеством Спасителя, а с языческим богом Колядой, что христиане позаимствовали «древние» обычаи. Действительно, привычное слово «колядки» и «имя бога» слышатся созвучными и многие, не находя ответа, смущаются. Давайте разберемся, правда ли, что православные колядки это следы культа Коляды?

Скажем сразу, что славянский бог Коляда обязан своим существованием припевам рождественских колядок: «Колида, ходили гуляли колядовщички…». Таким же образом пуляризаторы язычества «выдернули» из народных напевов целый ряд славянских мифологических персонажей – божеств: Таусень, Леля, Лада... Все эти «имена», начиная от Коляды, - просто припевы святочных или иных песен и более ничего. Для того, чтобы убедиться в том, что рождественские колядки не имеют никакого отношения к славяно-русскому язычеству давайте посмотрим, как празднуют Рождество и Святки в других странах.

У македонцев и болгар по улицам на святках ходят «коледари». Да болгары и македонцы – славяне, ближайшие родственники наших предков. Совпадение названий тех, кто обходит дома в эти дни, проще всего объяснить близким родством, то есть общим языческим прошлым. Однако колядование у греков, совсем не родственников славян, называется «каланда». Не заметить близость этого слова с нашими колядками невозможно.

В Румынии и Молдавии на святках есть «коли́нда». Не так давно ЮНЕСКО признала обряд колядования у румын и молдаван всемирным культурным наследием, как бы указав, что колядки для этих народов являются неотъемлемой частью их культуры. Румыны и молдаване говорят на языке близко родственном латинскому.

Исследователь и знаток русских народных обычаев И.П. Калинский сто с лишним лет назад писал в книге «Церковно-народный месяцеслов на Руси» о том, что слово колядки и сама коляда происходят от латинского «calenda», - начало месяца.

В свою очередь, это слово в латинском языке произошло от греческого слова καλώ - «зову, призываю». Обычай выкрикивать, кликать праздник, сформировался в Древней Греции раньше, чем в Древнем Риме. Так «славили» начало месяца или другого важного периода. Для христиан к 4 веку Рождество стало важным праздником. Согласно древней греческой традиции, теперь уже Рождество звали, буквально выкрикивали. Интересно, что до сих пор, пожилые информанты в деревнях так и говорят, что в старину они «коляду кликали», то есть выкрикивали слово «колида».

Точно так же, как коляду, в южных областях России «кричали» «таусеньки». Припевы в рождественских колядках на юге звучали как «Таусень», «Баусень», «Овсень»… Один из отечественных лингвистов убедительно возводит происхождение такого припева к христианскому слову «осанна», попавшему в нашу культуру все от тех же греков.

И у грузин есть давняя традиция: на Рождество верующие организуют шествие или «крестный ход» под названием «Алило». Происхождение этого припева понятно даже без специального лингвистического образования. Припевы русских песен, превратившиеся под пером романтических историков 18-19 веков, в богинь Ладу и Лелю, созвучны грузинской традиции «Алило».

Среди припевов святочных песнопений чаще других встречается стих «Радуйся земля, веселись небо - Сын Божий Родился». Встречаются и другие припевы-рефрены, например, рассказывающие о том, что Рай открылся, что люди находятся как бы среди райского моря. В Словакии колядовщики на святках носят с собой кроме вертепа предметы, напоминающие о Рае. В этом ключе можно по-новому взглянуть на зверей, в которых рядились колядовщики, ведь в Раю люди жили среди животных.

Иными вариантами припевов к рассказам на евангельскую тему рождества и благопожеланиями были «Виноградия» и «Щедрики». Накануне Нового года, вернее, старого Нового года (Васильева дня) колядовщики все в тех же колядках пели припев «Щедрый вечер, добрый вечер». Накануне памяти Василия Великого (который, надо сказать, и является для греков и других православных народов аналогом нашего деда Мороза или европейско-американского Санты) не было поста в отличие от рождественского или крещенского сочельников и столы в канун этого праздника ломились от еды, особенно скоромной, непостной. Щедрик, щедрый вечер, святой вечер, добрый вечер, васильев вечер вовсе не являются славянскими божествами. В отличии от коляды или авсеней эти припевы понятны нашим предкам и современникам без переводов. А значение припевов, без перевода усвоенных от греков, болгар, и, возможно, даже ирландцев, крестивших Русь, забылось.

Точно также забылись значения орнаментов на рушниках в виде двуглавого орла или значение елки, рождественского дерева, забылись настолько, что их введение стали усваивать Петру Первому. На самом деле, введению этих общехристианских традиций и обрядов мы обязаны, судя по всему, князю Владимиру.

На Святках колядовщики в России носили с собой ящик, кукольный театр, называемый вертеп, так как в нем разыгрывали события Рождения Христа в пещере, вертепе, близ Иерусалима. На западной Украине сцены вертепа разыгрывают люди, а не куклы, но звучат те же диалоги и те же колядки, что и в России во время показа рождественской драмы.

Обычно можно услышать о том, что вертеп пришел к нам из Европы, через Украину и Беларусь, как копия католических мистерий. Однако интересным звучит предположение И. Уваровой, о том, что именно вертеп, ящик в котором куклы разыгрывают сцены Божественного замысла, был показан князю Владимиру при выборе им веры. Таким образом, колядки, могли зазвучать на Руси уже вместе с появлением христианства. Кстати, и белорусское название святочного вертепа «батлейка» тоже связано с названием города, прославившегося благодаря Рождению Христа - Вифлеема.

Святочные традиции, колядки – это лишь один из немногих примеров того, что сближает нас не только со всеми славянами, православными греками и румынами, но даже албанцами и французами. Колядки - это не отголоски культа Коляды, а самое что ни на есть подлинное христианское, и даже больше, мировое культурное наследие, носителем и хранителем которого уже тысячу с небольшим лет являемся по праву и мы. И чем больше и глубже сегодня мы будем знать свои традиции, корни, тем больше будем видеть общего с окружающими нас народами, а не придумывать несуществовавших богов для наших предков.

Даниил Крапчунов, кандидат философских наук (теория и история культуры). Руководитель интернет- лицея Национального исследовательского Томского политехнического университета. Научный руководитель арт-проекта «Васильев вечер», программный директор "Томского этнофорума", куратор проекта "Русские сезоны" в ТГУ. Изучает русскую традиционную культуру, способы ее трансляции и адаптации в современном обществе, практикующий фольклорист.



Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.