Арктика приближает к Богу

Дата публикации:03.08.2016

Епископ Нарьян-Марский и Мезенский Иаков – постоянный участник арктических экспедиций и поездок в самые дальние уголки НАО и Крайнего Севера. Об одном из таких путешествий владыка рассказал «Няръяна вындер».

На одном из арктических форумов в Москве владыка встретился с видными учеными, которые предложили ему принять участие в экспедиции, которая состоялась летом этого года. Она была организована географическим факультетом и центром океанологии МГУ, а также московской галереей «Полярная экспедиция», которая посылает на Крайний Север фотографов, старающихся запечатлеть красоту и особую стать Арктики.

– Экспедиция, предпринятая в конце июня–июле этого года и организованная моими друзьями–выпускниками МГУ, оказалась очень важной, – рассказывает владыка Иаков. – Важной не только для науки, но и для того чтобы открыть этот регион для наших соотечественников. Настало время собирать камни. Все мы должны постепенно обретать причастность к духовному возрождению Русского Севера. Это не просто черта времени, не просто поручение мне как архиерею самой северной епархии России, это стержень того, что именуется государственной стратегией.

Поморские кресты

Сама история показывает: если нет правильной идеи, то вся героика освоения, все колоссальные человеческие труды могут оказаться суетными, и плоды этих дел в один далеко не прекрасный момент становятся достоянием людей, которые не трудились и не имеют никакого отношения к этой земле.

Эта экспедиция началась в Архангельске. Я считаю знаком, что судно, на котором мы должны были отправиться, отправилось от 145-го причала, что расположен прямо под строящимся Архангельским собором. Говоря об этом, мы должны вспомнить о поморах. Ведь поморы и православие – это в известном смысле синонимы.

Поморы всегда несли с собой в самые далекие уголки Арктики православие, несли веру. Отправляясь в дальние странствия, они брали с собой не только пропитание и необходимое для физической жизни, но и кресты. Они делали это для того, чтобы ставить на новых, впервые открытых землях эти кресты в знак своей веры, упования на Бога и победы над тяготами, трудностями, холодом.

Вся Арктика была запечатлена крестами, в том числе и Новая Земля. В 30-х годах, когда там пытались хозяйничать норвежцы, они спиливали эти кресты не хуже чем коммунисты. Это делалось для того, чтобы уничтожить свидетельства того, что эти арктические земли есть неотъемлемая часть Святой Руси.

Власть предержащие понимают, что долг и жребий служения народу заключается в том, чтобы созидать не только камни, но и духовную жизнь, которая является ипостасью Руси. Не зря говорят на Руси, что не в стенах Бог, а в ребрах. Дом, оставленный без жительства, быстро начинает разрушаться. Без такого понимания возрождение Арктики невозможно.

Мы отправились в путь на небольшом научно-исследовательском судне «Картеш». По опыту своих предыдущих странствий могу сказать, что это – небольшое, но очень удобное судно. Несмотря на небольшой размер – длина судна 31 метр – здесь прекрасная кают-кампания, судно хорошо оборудовано и обустроено. Это типовой проект, разработанный для наших рыболовецких сейнеров, очень удачный, с отличными мореходными качествами, которые позволяли рыбакам вести промысел во всех океанах, включая Тихий и Атлантику.

Мы вышли 28 июня из Архангельска, я на баке отслужил напутственный молебен, освятил корабль, именно тогда он стал кораблем. Выйдя из устья Двины, мы пошли прямо на север. Первым пунктом путешествия был маяк на острове Моржовец, у входа в Мезенскую губу, дальше маршрут пролегал вдоль побережья Белого моря, в Баренцево и Печорское моря. Мы шли на Канин Нос, в Шойну и далее – по маякам и метеостанциям до Индиги, после Индиги повернули на Вайгач, и шли дальше вдоль западного побережья Вайгача к Новой Земле.

По пути останавливались, проводили научные изыскания, брали пробы воды, грунта, биоресурсов. У нас была обширная научная программа, которая сочеталась с большим духовным трудом.

Первая исповедь

Я уже был на острове Моржовец, высаживался туда во время экспедиции судна «Михаил Сомов» на Землю Франца-Иосифа. Это – отдаленный населенный пункт, реальная связь с внешним миром там бывает раз в году, когда приходит северный завоз. В момент завоза судно становится в море на рейде, и вертолет с судна перевозит грузы. Мы шли параллельно с «Сомовым» практически все время.

Метеостанция – такое место, где человек видит других людей раз в год. Обычно там живет человека три. Психологически это непросто, особенно если кто-то пытается жить без Бога. Сразу проявляются сложности взаимоотношений. Нужно смиряться, терпеть друг друга. Человек, оставаясь один на один с собой, своими страстями, рано или поздно приходит к мыслям о Боге. Человек получает возможность не убегать в суету, не лгать себе и подумать о главном в жизни. Такие обстоятельства многих людей приводят к правильному шагу в их жизни.

Четыре года назад я полетел на Колгуев, на метеостанцию, где был сотрудник, который находился там уже восемь месяцев. Ему было слегка за сорок, и первый раз в жизни он исповедался. В этом был смысл моего прилета туда.

Конечно, бывает и другое, когда человек не выдерживает тягот жизни и нахождения один на один со своей совестью, усугубляет свое состояние. Приходится и с такими людьми часто сталкиваться, увы.

На Моржовце мы высадились, встретились с маячниками, и участники экспедиции подарили им большого размера фотоработы в пластике. Такую галерею под открытым небом Арктики, прямо на домах, мы и закрепили шуруповертами.

Трудная жизнь у маячников, но с другой стороны, она лишена суетности. Если люди не причастны порокам, в частности, винопития, они в один прекрасный момент начинают очень ценить и одиночество, которое приближает к Богу, и природу, и чистоту, и красоту этого мира, и цельность жизни души становится их достоянием. Не очень-то они хотят после этого возвращаться на Большую землю, потому что здесь масса проблем, в том числе приходящих от людей.

Ритм экспедиции был очень напряженным. Ведь мы высаживались сразу, как только подойдем к очередному месту, днем и ночью. Но на метеростанциях мы не были нежданными гостями, потому что замеры там нужно делать каждые три часа.

Крещение в Баренцевом море

Когда мы высадились на Канином Носу, увидели живописный берег, с трех сторон море, зеленый купол среди скал, и наверху этого купола – маяк. Ученые начали работать, фотографы снимали, а мы пошли на маяк. Я поднялся с маячником Андреем наверх, сделал несколько снимков и в разговоре узнал, что он не крещен. Ему было около 45 лет, я предложил ему креститься, ибо когда еще он сможет это сделать? Когда человек возвращается на Большую землю, на первое место часто выходят суетные дела.

Андрей выразил согласие, по рации мы связались с кораблем, на «Зодиаке» доставили все необходимое облачение, миро для крещения, и в ночь на 1 июля крестили его. Установили на скалах храмовую икону Святого Николая, с которой я освящал Северный полюс. Был нежный теплый свет, солнце в это время в этих широтах уже не заходит.

Когда наступило время его крестить, на лодке «Зодиак» мы вышли в бухту, где было видно дно на глубине, примерно, восьми метров. У руководителя экспедиции Ярослава Амелина нашелся крестик, и он стал его воспреемником, крестным отцом. Вода была абсолютно прозрачная. Я его крестил, он был счастлив.

Так Андрей стал христианином благодаря нашей экспедиции. А ведь день 1 июля – день чествования иконы Божьей Матери Боголюбской. Эту икону принес из Киева князь Андрей Боголюбский, и Андрея мы крестили в тот самый день.

Мы вернулись на подъеме на корабль, радостные от исполнения божьего дела, которое всегда доставляет радость душе. Все ощутили прикосновение к божественному миру, что превосходит и красоту земную.

Шойна и Вайгач

Экспедиция была и легкой, и трудной. Трудной, потому что нужно было всегда быть в строю и заниматься делом, а легкой, потому что в каждом населенном пункте, на каждой метеостанции или маяке были очень нужны в духовном смысле.

На одной из метеостанций, где мы высадились, начальник станции исповедался. Впервые в жизни. Я увидел у него Евангелие и Псалтырь, но он эти книги, как я понял, и не раскрывал. Книги могут помочь, но всегда нужно посмотреть человеку в глаза, нужно помочь ему разобраться в важных вещах, с тем чтобы открыть ему путь к Богу. Ведь и апостолы шли и возвещали истину живым словом. Важнее живого человеческого общения и слова ничего не может быть.

К сожалению, из-за обмеления реки мы не смогли высадиться в Индиге. Очень хорошо, что мы могли сойти на берег в Шойне. Я был там впервые, хотя много слышал об опасностях песков, которые наступают на дома. Было полное впечатление Средней Азии и Каракумских барханов. Везде песчаные дюны. В разговоре с местным жителем выяснилось, что лет пять назад трава стала произрастать и скреплять эти барханы, и опасность от песков уменьшилась. Совпадение это или нет, но это произошло, примерно, в то же время, в которое возникла наше епархия.

Главы поселка не должно было бы быть в это время, но оказалось, что он в Шойне. Мы встретились с ним, и я попросил собрать людей, чтобы поговорить о месте для строительства часовни. Вместе выбрали центральный участок в селе. Все пришли – и молодежь, и старушки, которые живут в селе, чтобы помолиться о Божьей помощи в этом деле. Уроженец Шойны, который живет сейчас в Архангельске, Сергей Яковлевич Доронин, высказал желание помочь строительству часовни в своем родном селе. Мы определили место, где будет построен поклонный крест, я освятил дом главы поселения.

Вернувшись в Нарьян-Мар, я получил эскиз часовни, которая с Божьей помощью, надеюсь, будет построена.

Так по маякам, по метеостанциям мы добрались до Вайгача, чтобы успеть возвратиться в канун похода в Пустозерск.

Когда мы высадились на Вайгаче, я благословил этот остров, который имеет особую стать и особую славу. Это очень красивый остров, летом он благоухает, поют птицы, цветет тундра. Монахи много потрудились, чтобы христианство достигло этих мест.

Веха духовной жизни

На море очень трудно что-либо планировать: всегда есть ветер, волнение. Но пока мы шли, стоял удивительный штиль, погода нам благоприятствовала. Так мы дошли до Новой Земли.

Я очень благодарен Богу за эту поездку. Ты видишь природу, живешь в относительном одиночестве, но при этом общаешься с людьми. Пребывание на корабле дает возможность понять, чем человек живет, кому-то помочь, подсказать или просто поговорить.

На корабле я отслужил две литургии, там же профессор геологии, участник экспедиции впервые в жизни исповедался и причастился. Участники экспедиции в основном не были воцерковленными людьми – ни ученые, ни фотографы, ни съемочная группа. Но для всех оказался ценным опыт общения и опыт молитвы.

Каждый раз, когда мы начинали трапезу, ей предшествовала молитва, благословения яства и пития. Это совсем изменяло жизнь, как и разговоры наши: и о жизни, и об обстоятельствах арктического бытия, и об истории.

Для многих путешествие оказалось важным не только, а может, и не столько в научном смысле. Почти две недели нашего странствования были очень плодотворными. Важным оказалось осмысление духовных реалий, поездка стала новой вехой сокровенной духовной жизни.

Игорь Шнуренко

Источник — nvinder.ru от 28 июля 2016 г.

Возврат к списку




Публикации

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области
17 Ноя 2017

Митрополит Даниил: Наше общее дело – возрождение Архангельской области


Накануне первого в истории региона форума Всемирного Русского Народного Собора (ВРНС) митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил дал интервью «Деловому Вестнику Поморья».

Владимир Личутин: Русский человек непостижим
15 Ноя 2017

Владимир Личутин: Русский человек непостижим


Русский народ – великий народ, это нельзя подвергать сомнению. Если бы русский человек был так прост, как он сумел бы покорить такое огромное пространство? Русский человек был чрезвычайно религиозен, и его Бог — живой. Так считает писатель Владимир Личутин.

Благодать как солнечный свет
8 Ноя 2017

Благодать как солнечный свет


Афон у каждого свой. Святое место, почитаемое как земной удел Божией Матери, открывается всякому паломнику по-разному. Люди, бывавшие там несколько раз, свидетельствуют, что с каждым паломничеством открывают Афон с новой стороны: то, что оставалось незамеченным, со временем предстает уму в ясности и простоте.

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!
7 Ноя 2017

Профессор Глянцев: Надо знать… Бог есть!


Почему методы российской медицины XIX столетия не позволили спасти жизни героя Отечественной войны 1812 года Петра Багратиона и солнца русской поэзии Александра Пушкина? Что объединяло искусных хирургов Николая Пирогова и святителя Луку (Войно-Ясенецкого)? Как хирургия искушала святого, когда он отбывал ссылку в Архангельске? Об этом в своих книгах размышляет историк медицины Сергей Павлович Глянцев.